Мировые экономические новости: декабрь 2020. Итоги 2020

14 – 31 декабря 2020 года. Итоги 2020 и ожидания

МИР. Ключевым событием текущего года стало распространение пандемии коронавируса 2019-nCoV. По данным на 21 декабря 2020г в мире зарегистрировано 77,2 млн случаев заболевания и 1,7 млн смертей. В целях ограничения давления на сферу здравоохранения странами были предприняты ограничительные меры, приведшие к серьезным социально-экономическим последствиям. Произошедший глобальный экономический кризис стал сильнейшим за все послевоенное время. Глубина и неординарность текущего кризиса стали причиной постоянных изменений прогнозов в течение года. Неопределенность по поводу дальнейшего развития эпидемиологической ситуации и восстановления экономик и сейчас остается в центре внимания.

 

Введение карантинных ограничений из-за распространения коронавируса оказало беспрецедентное влияние на экономическую активность в 2020г. По оценкам МВФ, падение мировой экономики в 2020г составило 4,4%гг после роста на 2,8%гг годом раннее. Сокращение ВВП в развитых странах оценивается на уровне 5,8%гг (против роста на 1,7%гг в 2019г), в развивающихся странах – на 3,3%гг (против роста на 3,7%гг в 2019г). Отметим, что подготовленность азиатских стран к пандемии оказалась лучше, чем на западе. Образцовая реакция на кризис в Китае позволила экономике вернуться к росту уже в текущем году. По оценкам МВФ, экономика Китая выросла на 1,9%гг в 2020г. Эффект кризиса на Россию оценивается в 4,1%гг в 2020г, – меньше, чем в других европейских странах. Для сравнения, ВВП Италии упал на 10,6%гг, Испании – на 12,8%гг, Франции – на 9,8%гг. Неопределенность касательно развития эпидемиологической обстановки и эффективности вакцинации, скорее всего, будет сказываться на скорости восстановления мировой экономики в 2021г. МВФ ожидает рост мировой экономики на уровне 5,2%гг в следующем году.

 

Крупнейшие центральные банки развитых стран перешли к смягчению денежно-кредитной политики в ответ на риски для экономики со стороны распространения коронавируса. ФРС в марте экстренно понизила диапазон ключевой ставки на 100бп до 0-0,25%. Одновременно со снижением ключевой ставки регулятор объявил о новом запуске программы количественно смягчения (QE). Позже в сентябре ФРС объявила о пересмотре своей стратегии (переход к таргетированию «средней инфляции на уровне 2%»). ЕЦБ, в свою очередь, временно расширил программу покупки активов (APP), внедрил программу покупок активов во время пандемии (PEPP), расширил программу целевых операций долгосрочного рефинансирования (TLTRO III, ставка по операциям TLTRO была снижена до -0,5%-(-1,0%)). Денежно-кредитная политика в развитых странах, вероятно, будет оставаться ультрамягкой на фоне медленного восстановления мирового спроса после пандемии. Рыночные инфляционные ожидания (5y/5y forward) указывают на сохранение подавленного инфляционного фона.

 

Большинство стран в этот кризис задействовали новые инструменты денежно-кредитной политики. ФРС впервые в 21 веке начала напрямую кредитовать экономику через программы закупки муниципальных и корпоративных облигаций, как крупного бизнеса, так и МСП. Были значительно расширены кредитные линии для других центральных банков – еврозоны, Англии, Австралии, Швейцарии, Японии и т.д. Как и в 2008г была запущена программа предоставления ликвидности на денежном рынке (рынок краткосрочных корпоративных облигаций). Но главное – ФРС начала предоставлять до $1 трлн по операциям РЕПО, то есть, фактически обеспечила неограниченный доступ к ликвидности. Денежно-кредитная политика ранее осуществлялась в основном через межбанковский рынок. Теперь она также будет осуществляться через рынок РЕПО, доступный всему финансовому рынку.

Еврозона и Япония опробовали в невиданном ранее масштабе инструмент двойных ставок. Это предоставление ликвидности по льготной ставке на специальных условиях, т.е. фактическое субсидирование кредитования. В еврозоне введена очередная программа долгосрочного рефинансирования банков (TLTRO-III), требующая от них расширения кредитного портфеля. В Японии банки получали 0,1пп на свои корсчета в Банке Японии на сумму дополнительных выданных кредитов.

 

Программы, аналогичные количественному смягчению, в этот раз провели и многие развивающиеся страны, Хорватия, Венгрия, Камерун, Коста Рика и т.д. В большинстве случаев это называлось «программой поддержки ликвидности на рынке гособлигаций». При этом пока ни в одной из задействоваших QE стран не наблюдается ускорение аннуализированной инфляции выше цели. Это говорит о заработанной за последние годы репутации центральных банков, а также о том, что грань между макроэкономической политикой развитых и развивающихся стран постепенно стирается.

 

Как следует из отчета IMF Fiscal Monitor, в странах с развитой экономикой значительная часть поддержки государств была направлена на работников и их работодателей посредством субсидий на заработную плату (Австралия, Канада, Япония), схем краткосрочной работы (Франция, Германия, Испания, Великобритания) и ссуд при условии защиты занятости сотрудников (США). Значительно увеличивался размер, расширялись права на получение или продолжительность пособий по безработице (Франция, Япония, Испания, США); пособий по болезни, уходу за ребенком (Япония, Испания, Великобритания, США); схем денежных трансфертов населению (Канада, Япония, Испания, США). Другая часть была направлена на поддержку доступа к ликвидности: примеры включают предоставление ссуд и гарантий (Франция, Германия, Италия, Испания), часто посредством квазифискальной деятельности, такой как покупка корпоративных облигаций на первичном и вторичном рынках (Япония, Корея, Канада, США). Некоторые пакеты восстановления включали поддержку инноваций (Франция), образования (Австралия, Франция), зеленых технологий (Франция, Германия, Италия, Япония, Корея, Великобритания) и цифровой инфраструктуры (Германия, Корея, Япония).

 

Экспортеры нефти, столкнувшиеся с двойным шоком из-за пандемии и низких цен на нефть, в среднем использовали меньшие бюджетные пакеты, в некоторых случаях отдавая приоритет расходам на здравоохранение (Иран, Саудовская Аравия). В развивающихся странах бюджетные меры были в основном направлены на инвестиции в инфраструктуру (Аргентина, Китай, Индонезия). Также значительную роль в пакетах фискальных мер играли схемы сохранения рабочих мест, в том числе безвозвратные ссуды (Мексика, Россия) и субсидии на заработные платы (Аргентина, Саудовская Аравия, Турция), а также поддержка домохозяйств через расширенные пособия по безработице (Китай, Индонезия, Россия), целевые денежные и натуральные пособия (Аргентина, Бразилия, Индия, Южная Африка).

 

Среди важных мер в США можно выделить около $2,3 трлн (около 11% ВВП) помощи для обеспечения безопасности экономики («Закон CARES»), затем в декабре был принят второй пакет антикризисных мер на $900 млрд. ЕС продолжает выпускать социальные облигации для поддержки занятости в рамках программы SURE на сумму до €100 млрд. При этом около 30% проекта Next Generation EU (€750 млрд) и бюджета ЕС (€1074 млрд) на 2021-27гг будут направлены на расходы, направленные на борьбу с изменением климата.

 

До пандемии, в 2019г, мировой государственный долг составлял 83% ВВП. В 2020г государственные дефициты выросли в среднем на 9% ВВП, а глобальный государственный долг, по прогнозам МВФ, приблизился к рекордным 100% ВВП. Однако данный уровень государственного долга не воспринимается большинством стран самым важным риском. Ближайший приоритет – избежать преждевременного прекращения бюджетной поддержки, по крайней мере, до 2021г, чтобы поддержать восстановление экономик, уделяя первоочередное внимание здравоохранению и образованию, а также инвестициям в цифровую и зеленую инфраструктуру. Это повысит производительность экономики в целом и устойчивость к изменению климата и будущим пандемиям. Текущая макроэкономическая ситуация характеризуется очень низкими процентными ставками, большими частными сбережениями, слабыми частными инвестициями, а также высокой неопределенностью. В таких условиях государственные расходы за счет наращивания долга могут быть оправданы, а государственные инвестиции будут служить катализатором роста частных инвестиций.

 

 

НЕФТЬ И ТОВАРНЫЕ РЫНКИ. Нефть Urals подешевела на весеннем пике пандемии до $8,4/барр. После вступления в силу договоренности ОПЕК++ об ограничении добычи нефти, а также на фоне медленного восстановления спроса котировки выросли к лету до $40-45/барр., а к концу декабря Urals подорожала до $51/барр. Факторами поддержки цен стали создание нескольких вакцин от COVID-19 и новая договоренность ОПЕК+. Весенняя сделка ОПЕК+ предусматривала ослабление ограничения добычи (составляющее 7,7 мб/д к концу 2020г) до 5,7 мб/д с января 2021г. Однако ОПЕК+ приняла решение о менее существенном ослаблении – до 7,2 мб/д.

 

Согласно оценкам Международного энергетического агентства (МЭА), падение мирового спроса на нефть в 2020г составило 8,8 мб/д, минимум спроса пришелся на 2кв (-16,3 мб/д гг). Основным регионом, за счет которого восстанавливался спрос, стали страны Азии (в первую очередь, Китай). По данным Energy Information Administration (EIA), избыток на мировом рынке нефти, накопленный в 1П 2020г составил 13,1 мб/д.

 

Рынок не ожидает возвращения объемов мирового спроса на нефть к уровню до пандемии ранее 2022г. По прогнозу EIA, совокупный объем дефицита на мировом рынке нефти за период с 3кв 2020г по 4кв 2021г составит 8,5 мб/д. Однако объем накопленного избытка предложения, который сохранится к концу 2021г, – 4,6 мб/д. Давления на цены в 2021г продолжит оказывать медленное восстановление спроса – на фоне сохраняющейся пока пандемии. Факторы поддержки котировок – массовая вакцинация от COVID-19 и ограничение добычи ОПЕК+.

 

По прогнозу МЭА, прирост мирового предложения нефти в 1кв 2021г будет обеспечен, главным образом, странами ОПЕК+. Производители за пределами соглашения ОПЕК+ (и не входящие в ОПЕК) в 2021г в совокупности увеличат добычу на 0,4 мб/д (оценка рынка – менее 0,5 мб/д). Фактором, затрудняющим быстрый рост производства, является снижение инвестиций в мировой энергетический сектор, составившее в 2020г около 18%.

 

Вероятно, ОПЕК+ продолжит постепенное ослабление ограничения добычи. Ключевая дилемма – баланс между ценой, поддерживающей доходы бюджетов, и стремлением избежать острой конкуренции с США за долю рынка. Согласно МЭА, за последние 10 лет ~60% роста мирового спроса на нефть и газ удовлетворяли США (в том числе опираясь на льготное кредитование сланцевой отрасли, которое сейчас исчерпано). По прогнозу EIA, добыча США увеличится до 11,4 мб/д к концу 2021г. Участники рынка ждут устойчивый рост добычи США при ценах от $50/барр.

 

Возвращение загрузки мировых НПЗ к показателям до пандемии, по ожиданиям рынка, произойдет не раньше конца 2021г. Пандемия «усилила» процесс, начавшийся в отрасли ранее – ввод новых, более эффективных, мощностей в Азии и на Ближнем Востоке, которые вытесняют с рынка менее эффективные НПЗ.

 

 

Цены на многие металлы не только восстановились после «провала» весной, но и значимо выросли относительно начала 2020г. В частности, котировки алюминия достигли максимума с ноября 2018г. Поддержку оказало восстановление экономики Китая наряду с его «превращением» в 2020г в нетто-импортера алюминия и сплавов. Цена меди также выросла на фоне восстановления китайской экономики.

 

Фактором поддержки спроса на алюминий в 2021г, вероятно, станет восстановление экономик стран кроме Китая. В то же время давление на цену могут оказать накопившиеся запасы (особенно – за пределами Китая) и устойчивый рост производства алюминия в Китае. Участники рынка ожидают возвращения потребления алюминия к уровням до пандемии не ранее 2022г.

 

Рынок ждет, что крупные экономики могут сделать ставку на «зеленое восстановление»: рост доли производства электроэнергии из ВИЭ и увеличение проникновения транспортных средств на новой энергии. «Зеленые» инвестиции могут вызвать существенный рост спроса и цены меди в ближайшие несколько лет.

 

 

ВАЛЮТЫ РАЗВИВАЮЩИХСЯ РЫНКОВ. Валюты многих ЕМ к концу 2020г отыграли часть ослабления, а некоторых ЕМ – укрепились. В большей степени этот относится к валютам экономик, не ориентированных на производство и экспорт ресурсных товаров. Значительно более слабыми, чем в начале 2020г, к концу декабря остались валюты Бразилии (-22%), Турции (-24%) и России (-16%). Курс рубля к концу декабря – 73,6 руб./$. Мы ожидаем сохранения сложившейся структуры притока капитала в долговые инструменты ЕМ и «интереса» инвесторов к акциям ЕМ на фоне восстановления мировой экономики и возможного повышения «аппетита к риску».

 

 

ВАКЦИНАЦИЯ И ДРУГИЕ ПРОГНОЗЫ. Скорость восстановления мировой экономики после перенесенного шока будет зависеть от успехов глобальной кампании по вакцинации населения. На текущий момент 18 вакцин находятся на третьей стадии испытаний, 5 из них с заявленной эффективностью 85%+, 2 получили одобрение для широкомасштабного применения в отдельных странах. Начало массовой вакцинации населения ожидается в первом полугодии 2021г, когда на рынок поступит достаточное количество вакцин и будут выстроены логистические цепочки их распространения. Доступность вакцин для бедных и развивающихся стран должен будет обеспечить проект COVAX, инициированный ВОЗ, в рамках которого предполагается к концу 2021г привить 2 млрд человек из 91 страны.

 

Позитивный новостной фон может создать ложное ощущение быстрого возвращения к прежнему образу жизни – отмену ограничений, связанных с пандемией. Однако, скорее всего, для этого потребуется довольно продолжительное время. По оценкам ВОЗ, 60-70% населения должны получить иммунитет к COVID-19, прежде чем распространение вируса остановится. Скорость появления коллективного иммунитета будет зависеть от множества факторов: сроков распространения вакцины, ее эффективности и поддержки прививочной кампании населением. Опросы в Великобритании показали, что более 1/3 населения вряд ли будет вакцинироваться, когда вакцина станет доступной. В России показатель еще выше – 73% респондентов заявили, что не готовы к вакцинации от COVID-19.

Точные сроки появления коллективного иммунитета неизвестны, а диапазон их оценок достаточно широк. Например, для США это конец 2кв-4кв 2021г, для России 2-3кв 2021г. До этого момента во многих странах будут сохраняться отдельные ограничения, препятствующие быстрому восстановлению экономической активности. Глобальный популяционный иммунитет, скорее всего, появится еще позднее, поскольку большая часть предзаказов на вакцины приходится на развитые страны, в которых сконцентрирована меньшая часть мирового населения.

 

МВФ предполагает начало массовой вакцинации населения к середине 2021г и снижение вирусной активности до сравнительно низких уровней лишь к концу 2022г. Остается вероятность введения жестких карантинных ограничений в отдельных странах, где пандемия все еще набирает обороты. В этих условиях МВФ ожидает постепенного восстановления глобальной экономики – рост в 2021г составит 5,2% после сокращения на 4,4%гг в 2020г. Однако настолько быстрый возврат к докризисным уровням обеспечен в основном Китаем, рост которого ожидается около 8,2%, остальные крупные экономики вернуться к уровню 2019г не ранее 2022г. Тем не менее сохранение части ограничительных мер потребует новых программ поддержки экономик. В США согласовали пакет стимулов на $900 млрд, а лидеры европейских стран недавно утвердили Recovery and Resilience Facility, в рамках которого членам ЕС будет предоставлены 672,5 млрд евро в виде займов и грантов для поддержки реформ и инвестиций. Денежно-кредитные условия, скорее всего, будут также оставаться ультрамягкими. ФРС неоднократно заявляла о своем намерении держать ставки низкими и использовать весь доступный инструментарий до тех пор, пока экономика не восстановится от последствий пандемии. ЕЦБ, при этом, в начале декабря увеличил план выкупа активов (PEPP) на €500 млрд до €1,85 трлн и продлил программу на 9 месяцев – до марта 2022г. Также европейский регулятор изменил условия целевых операций долгосрочного рефинансирования (TLTRO III). Так, программа продлевается до июня 2022г, увеличивается общая сумма, которую банки будут иметь право брать в долг в рамках операций TLTRO III.

 

Спустя год после начала пандемии коронавируса мы можем оценить проявление ранее прогнозируемых рисков. В том числе это относится к повторным волнам заражений, которые уже наблюдаются во многих странах, а также выявлению новых штаммов вируса (например, штамм с более быстрой распространяемостью, обнаруженный в Великобритании). Дальнейшая траектория распространения вируса остается неизвестной, однако мы оптимистично предполагаем, что массовая вакцинация в первой половине 2021г значительно улучшит эпидемиологическую ситуацию. Вместе с тем карантинные меры в той или иной степени будут продлены, а значит риски затяжного кризиса сохраняются.

 

Масштабное государственное стимулирование, а также мораторий на банкротство компаний в некоторых странах помогли избежать массовых банкротств в корпоративном секторе в текущем году. Вместе с тем более благоприятные условия заимствования привели к росту долговой нагрузки компаний, многие из которых еще до пандемии имели высокую задолженность. Поэтому риск роста числа банкротств по окончании действия мер поддержки остается высоким. Меры поддержки компаний в России, включающие льготное кредитование, налоговую поддержку и отсрочки по арендным платежам на сумму более 800 млрд рублей, по окончании действия также значимо увеличат нагрузку на корпоративный сектор.

 

Пандемия привела к беспрецедентному в сравнении с другими кризисами оттоку капитала с развивающихся рынков. На текущий момент совокупный приток портфельного капитала восстановился, главным образом за счет USD-облигаций, однако в более чем половине развивающихся экономик по-прежнему наблюдается отрицательная динамика. Отток капитала сопровождается достаточно резким ужесточением международных условий кредитования, что осложняет способность заемщиков обслуживать долг (в первую очередь, краткосрочный). По оценкам Института международных финансов (IIF), в текущем году долговая нагрузка развивающихся стран достигла 250% ВВП по сравнению с 222% в 2019 г. Некоторую поддержку окажет продление G20 отсрочки по обслуживанию долга странам с низким уровнем дохода до конца июня 2021г. Тем не менее в текущем году уже шесть стран (Аргентина, Ливан, Эквадор, Белиз, Суринам, Замбия) объявили о дефолте или реструктуризации долга.

 

Пандемия усилила тренд на деглобализацию, которая в последние годы стала важной частью международной экономической повестки. Растущая популярность протекционизма (Brexit, торговые войны) значительно увеличила риски для мировой торговли и сложных цепочек создания добавленной стоимости. Последние были практически парализованы карантинными мерами, а их восстановление займет время из-за разных сроков снятия ограничений и несоразмерности объемов поддержки экономик. Происходящее становится еще одним стимулом для транснациональных компаний и компаний, активно использующих международный аутсорсинг услуг, постепенно возвращаться «домой». Несмотря на то, что реализация этого риска вряд ли приведет к значимым экономическим последствиям в краткосрочной перспективе, отдельные страны могут существенно пострадать позднее. В их числе Индия, Китай, Малайзия, Индонезия, Вьетнам и др. В случае ускоренной переориентации глобальных компаний на домашний регион, подобным странам будет тяжело вернуться к докризисным темпам экономического роста.

 

 

 

7 – 13 декабря 2020 года

МОНОПОЛИИ. Федеральная торговая комиссия США (FTC) подала антимонопольный иск против технологической компании Facebook. IT-компания обвиняется в злоупотреблении доминирующем положением на рынке социальных сетей. Ключевые требования FTC включают продажу активов компании Facebook, включая соцсеть Instagram и мессенджер WhatsApp, запрет на навязывание антиконкурентных условий фирмам-разработчикам программного обеспечения и необходимость предварительного уведомления и разрешения Комиссии на будущие сделки слияния и поглощения.

 

 

ЕВРОЗОНА. 10-го декабря ЕЦБ объявил об изменениях в инструментах денежно-кредитной политики. Процентная ставка по основным операциям рефинансирования и процентные ставки по маржинальной кредитной линии и депозитной линии останутся неизменными на уровне 0,00%, 0,25% и -0,50% соответственно. Управляющий совет ЕЦБ ожидает, что ключевые процентные ставки останутся на нынешнем или более низком уровне до тех пор, пока прогноз по инфляции не станет стабильно приближаться к уровню 2%. Однако укрепление евро по отношению к доллару усложняет цель ЕЦБ по достижению таргета по инфляции.

 

Во-вторых, ЕЦБ увеличил объем программы покупки активов во время пандемии (PEPP) на €500 млрд до общей суммы €1,85 трлн и продлил действие программы минимум до конца марта 2022г. Также изменяются условия целевых операций долгосрочного рефинансирования (TLTRO III). Так, программа продлевается до июня 2022г, увеличивается общая сумма, которую банки будут иметь право брать в долг в рамках операций TLTRO III, с 50 до 55 % от суммы приемлемых кредитов. Чистые покупки в рамках программы покупки активов (APP) будут продолжаться с ежемесячным темпом €20 млрд, и завершатся незадолго до того, как ЕЦБ начнет повышать ключевые процентные ставки.

 

По данным Financial Stability review ЕЦБ, текущие меры ДКП ЕЦБ помогают корпорациям и домохозяйствам еврозоны справиться с последствиями пандемии. Однако преждевременное прекращение фискальной поддержки, включая государственные гарантии по ссудам и установленные законом моратории на кредиты, может замедлить восстановление экономики, превратив проблемы корпоративной ликвидности, наблюдавшиеся в начале пандемии, в проблемы с платежеспособностью. Банки еврозоны хорошо капитализированы, но сталкиваются со слабыми перспективами по получению прибыли. Им все труднее получать доход, компенсируя низкую маржу более высокими объемами кредитования, которые могут повлечь за собой большие кредитные риски. В первой половине 2020г произошло заметное снижение рентабельности капитала (ROE) банков еврозоны: с более 5% в 4кв 2019г до чуть более 2% во 2кв 2020г.

 

Рост кредитования частного сектора остановился, но по-прежнему демонстрирует более высокие темпы роста, чем до пандемии COVID-19. После сильного роста в первые месяцы пандемии годовые темпы роста кредитов нефинансовым корпорациям упали до 6,8% в октябре после 7,1% в сентябре. Это замедление произошло в контексте сокращения чрезвычайных потребностей в ликвидности, слабых инвестиций и ужесточения условий кредитования фирм. Годовые темпы роста кредитов домашним хозяйствам составили 3,1% в октябре, без изменений по сравнению с сентябрем.

 

 

РОССИЯ. В правительстве обсуждают введение предельных цен на сахар и подсолнечное масло. Возможность введения предельных цен объясняется значительным удорожанием продукции. Так, в ноябре с поправкой на сезонность стоимость сахара выросла на 9,4%мм, а масла – на 6,7%мм. При этом повышенные темпы роста цен наблюдались уже с сентября. Это может объясняться несколькими причинами.

 

Во-первых, снижение урожая из-за неблагоприятной погоды и уменьшения посевных площадей. По данным Минсельхоза, урожайность подсолнечника оказалась ниже прошлогоднего уровня на 14%, сахарной свеклы – на 23%. В результате, согласно прогнозу ИКАР, ожидается снижение производства сахара по итогам года до 4,85-5,15 млн тонн против 7,3 млн тонн в прошлом году. Однако, стоит отметить, что высокий урожай 2019г позволил сформировать достаточные запасы сахара (3,1 млн тонн без СМП). Учитывая ежегодное внутреннее потребление сахара ~6 млн тонн, это позволит избежать дефицита на внутреннем рынке. Кроме того, Минсельхоз заявил, что посевные площади под сахарную свеклу увеличат на 13,6% в 2021г. Дефицита подсолнечного масла в текущем году также не ожидается. По оценке Минсельхоза, уровень самообеспеченности России растительным маслом составит 176,3%.

 

Во-вторых, рост мировых цен при ослаблении рубля. По данным ФАО, долларовая стоимость растительных масел в ноябре выросла на 30,8%гг, сахара – на 10,5%гг. Это связано с повышенным спросом на масла и ожидаемым сокращением мировых объемов производства сахара на 2020-2021 годы. Дополнительное давление на стоимость подсолнечного масла оказало увеличение экспорта подсолнечника за сентябрь-октябрь в 2,4 раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Вероятно, влияние оказало обнуление Турцией пошлины на ввоз подсолнечника.

 

В целом, мы считаем, что повышенные темпы роста цен на сахар и масло носят временный характер и в ближайшее время начнут замедляться. Этому будут способствовать достаточные объемы предложения, повышение экспортной пошлины на подсолнечник и рапс, а также стабилизация курса рубля.

 

 

 

30 ноября – 6 декабря 2020 года

НЕФТЬ. ОПЕК+ ослабит текущее ограничение добычи с января 2021г на 0,5 мб/д (до 7,2 мб/д) вместо предусмотренного ранее ослабления на 2 мб/д (до 5,7 мб/д). Напомним, рынок ожидал вероятной пролонгации ограничения добычи ОПЕК+ в объеме 7,7 мб/д как минимум до марта будущего года. По данным Reuters, на увеличении производства нефти настаивали Россия, Ирак, Нигерия и ОАЭ (в частности, ввиду сообщений о скором начале массовой вакцинации от COVID-19).

 

Ввиду множества разногласий ОПЕК+ планирует ежемесячные переговоры, включающие дальнейшие решения по добыче. Согласно Reuters, Россия допускает продолжение ослабления ограничения добычи ОПЕК+ после января 2021г – не более чем на 0,5 мб/д в месяц. Кроме этого, для стран, добыча которых ранее выходила за рамки их квот, решение ОПЕК+ предусматривает компенсацию перепроизводства до марта 2021г. Участники рынка ожидают возможного роста волатильности цен из-за планов ОПЕК+ сделать переговоры ежемесячными.

 

Отметим, что решения ОПЕК+ связаны с поиском баланса между ростом цен в достаточной для поддержания бюджетных доходов степени и стремлением избежать острой конкуренции с добычей США. Участники рынка оценивают пороговое значение котировок, выше которых добыча США начнет восстанавливаться достаточно стабильно, в $50/барр. Количество буровых вышек в США в настоящее время на 40,1% превышает минимум, пришедшийся на весенний пик пандемии, однако остается существенно ниже, чем до кризиса. Добыча США, по данным EIA, составляет 11,1 мб/д. Среди «неподконтрольных» ОПЕК+ производителей нефти, помимо США, отметим также Норвегию. Ее добровольное ограничение добычи истекает в конце декабря 2020г и не будет пролонгировано (вероятно, это добавит на рынок около 0,3 мб/д).

 

 

США. «Вторая волна» пандемии сказывается на рынке труда в США. На фоне роста новых случаев заболеваемости коронавирусом в стране (более 200 тыс. человек в день) темпы прироста новых рабочих мест продолжают замедляться. Согласно данным Бюро трудовой статистики США (BLS), число новых рабочих мест вне с/х сектора увеличилось на 245 тыс. человек в ноябре против 610 тыс. месяцем ранее. Консенсус Reuters прогнозировал прирост занятости на 469 тыс. человек. Отметим, занятость в госсекторе и секторе розничной торговли сократилась на 99 тыс. и 34,7 тыс. человек, соответственно. Уровень безработицы сократился до 6,7% в ноябре с 6,9% в октябре на фоне падения доли экономически активного населения до 61,5% в ноябре с 61,7% в прошлом месяце. По данным BLS, 400 тыс. человек вышли из состава рабочей силы в ноябре. Альтернативные оценки указывают на ухудшение ситуации на рынке труда. Согласно оценкам Института мировой экономики Петерсона, «реальный» уровень безработицы (с учетом ошибок классификации) вырос до 8,5% в ноябре. С поправкой на число временных безработных уровень безработицы вырос до 7,2% в ноябре против 6,9% в октябре. Число постоянных сокращений немного выросло в ноябре до 3,74 млн.

 

Деловые настроения улучшаются, несмотря на рост заболеваемости коронавирусом и введение новых ограничений штатами. Композитный индекс деловой активности от института IHS Markit вырос до 58,6 пунктов в ноябре против 56,3 пунктов в октябре на фоне роста выпуска в секторе услуг и промышленности – максимальными темпами с марта 2015г. Участники опроса отмечают резкий рост спроса на услуги и товары. Индекс ожиданий бизнеса вырос до максимальных значений с мая 2014г. Среди причин для улучшения настроений бизнеса в ноябре респонденты указали на растущие надежды на согласование дополнительных бюджетных стимулов, позитивные новости в части разработки вакцин, а также снижение политической неопределенности.

 

 

ЕВРОЗОНА. В октябре уровень безработицы с учетом сезонных колебаний в еврозоне составил 8,4% по сравнению с 8,5% в сентябре, увеличившись с 7,4% в октябре 2019г. Безработица в октябре осталась на прежнем уровне в Австрии (5,4%), Ирландии (7,3%) и Германии (4,5%). Уже в ноябре доля компаний в Германии, использующих схемы краткосрочной работы (Kurzarbeit), выросла до 28% по сравнению 24,8% в октябре, следует из отчета экономического института Ifo по результатам опроса около 7000 компаний. Увеличение в ноябре произошло почти во всех основных секторах экономики. В частности, в гостиничном бизнесе доля компаний увеличилась с 62,9 до 91%, в туристических агентствах – с 88,0 до 91,1%, в сфере услуг – с 24,0 до 30,6%, в розничной торговле – с 18,8 до 20,7% и в строительстве – с 7,4 до 9,0%. Только в промышленности наблюдалось небольшое снижение – с 31,9 до 30,5%.

 

 

КИТАЙ. С июня наблюдается укрепление юаня по отношению к доллару, а в начале декабря курс достиг отметки в 6,5 – максимальные значения за последние два года. С начала года юань вырос на 6,2%. Влияние на курс оказало более быстрое восстановление экономики наряду с ростом в других странах, что в том числе способствовало ускоренному росту внешней торговли. В ноябре рост экспорта составил 25,4%гг с учетом сезонности после 14,5%гг в октябре. Сохранение позитивной динамики в экспорте отражает также компонент PMI, новые экспортные заказы, который достиг 51,5 в ноябре. Импорт вырос на 5,3%гг. В итоге за 11 месяцев положительное сальдо торгового баланса увеличилось на 20% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

 

Вместе с тем, более высокая доходность китайских финансовых активов на фоне низких или нулевых ставок в развитых экономиках способствовало увеличению притока иностранного капитала. При этом сохранение низких ставок в развитых странах ожидается как минимум до конца 2021г, в то время как Китай, вероятно, будет проводить относительно сдержанное денежно-кредитное стимулирование, что дополнительно повысит спрос на китайские облигации. В январе-ноябре вложения зарубежных инвесторов в китайские государственные облигации – облигации центрального правительства и государственных банков – выросли на 38% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Более того, по мере дальнейшего облегчения доступа к рынкам капитала Китая юань может получить дополнительную выгоду от притока капитала.

 

 

 

Источник: Сбербанк РФ

Раскрытие информации: Данный ресурс является собранием публичных статей. Материал распространяется исключительно для информационных целей и его не следует рассматривать в качестве моего мнения, предложения, ходатайства, совета, рекомендации или рекламы каких-либо ценных бумаг, продукта или услуги. Все представленные материалы собраны из открытых источников, что, однако, не гарантирует их точность.

LiveJournalLinkedInEmailFacebookTwitterShare

Comments

comments

Leave a Reply

WordPress Themes